В гостях у доктора Роллье.

(Апрель 1928г.)

А.П. Зибенгар (Бальцер)

Новая хирургия 1929

«Лучше поздно, чем никогда». Это соображение позволяет мне по прошествии года взяться за перо, чтобы коротко набросать свои впечатления от посещения костно-туберкулезных санаторий д-ра Роллье в Лейзене.

Осуществить эту поездку мне удалось во время моей научной командировки в Германию в 1928 г., благодаря содействию проф. Геншена из Базеля, которому я чрезвычайно обязан.

Я побывал в клиниках Клермона в Цюрихе и Кервеня в Берне, но о них в этом очерке я писать не намерен, ограничусь впечатлениями о виденном у д-ра Роллье, к которому меня особенно влекло.

Через Лозанну и дальше по берегу сверкающего девственной красотой и законченной культурой Женевского озера я мчусь в Лейзен, на высоте около 2000 метров я выхожу из зубчатки, и через несколько минут я в санатории Роллье-Le Frenes.

В страстную пятницу, в день наиболее чтимый в Швейцарии, я вхожу в вестибюль санатория и получаю от швейцара сообщение, что никого из врачей нет, что в этот день никто кроме самого Роллье и не показывается, но Роллье уже сделал обход и вряд ли зайдет. Оставив мне все же некоторую надежду на возможность его прихода, служитель проводил меня в контору и предложил заняться рассматриванием многочисленных фотографий санатория, гл. обр. его пациентов. Поглощенный этим занятием, я не заметил, как вошел д-р Роллье. Он подошел ко мне и поздоровался, отрекомендовавшись с исключительной простотой и скромностью.

Роллье 50 л. Моложавое несколько утомленное со старым золотисто- желтым загаром лицо его проникнуло спокойствием и вдумчивостью. Приветливость обращения сразу располагает к беседе, которую охотно и просто Роллье поддерживает. Он искренно сожалеет, что я попал в такой неудобный для ознакомления с санаторием день, некоторое время видимо затрудняется найти способ удовлетворения неурочного гостя, но в конце концов находит выход, который, очевидно, не составляет исключения в его поступках, а именно: жертвует своим временем и покоем, и идет со мной в обход.

Мы идем в детские пансионы, в которых в качестве ординатора работает наша соотечественница А. И. Линден, она к нам присоединяется, и я через час после своего приезда в Лейзен начинаю свое знакомство с учреждениями Роллье под его личном руководством, и с искреннею благодарностью и благоговением слушаю того, кто совершил такую плодотворную и действительно «бескровную» революцию в лечении костно-суставного туберкулеза, в котором еще сравнительно недавно (всего 25 л. тому назад Роллье начал свою деятельность в Лейзене) царила калечившая хирургическая активность.

Но прежде чем передавать свои наблюдения, касающиеся больных и способов лечения, несколько слов о самой организации дела. Нужно отметить, что Роллье имеет всего один собственный санаторий (Le Frenes), вся же основная масса стекающихся к нему со всех концов Европы и из внеевропейских стран больных, в количестве около 1000 человек, размещается в частных пансионах, числом около 30. Пансионы разделены на классы смотря по помещению, удобствам, питанию и т. д. Наиболее дешевые из них доступны и сравнительно малоимущим больным. Стоят они вместе с медицинским обслуживанием, исключая рентген и перевязочный материал, около 2 рублей в день. Роллье получает от содержателей пансионов незначительный % со взносов за содержание больных и в счет составляющихся т. о. средств оплачивает медперсонал. На 1000 коек имеется 8 ординаторов и весьма небольшой штат сестер. Врач Роллье господствует над Роллье предпринимателем, и в истории 25-летней деятельности Роллье в Лейзене запечатлено много фактов его бескорыстия, его отзывчивости. Между прочим он приютил во время войны немало русских детей, представив им на несколько лет бесплатный пансион и лечение.

В течении 3 обходов я имел возможность познакомиться с 7 пансионами с приблизительно 250 больными взрослых и детей, мужчин и женщин. Знакомство с клиническим материалом я начал еще в конторе санатория Le Frenes по фотографическим карточкам и рентгеновским снимкам, которых Роллье продемонстрировал большое количество. Передо мною прошел ряд больных, которые были под наблюдением Роллье в начале его деятельности по лечению костного туберкулеза и которые теперь сохраняют здоровье и восстановленную тогда трудоспособность, между тем как в свое время они многими врачами, в том числе и самим Роллье, были признаны безнадежными. Тут и сельский хозяин, и женщина-врач, и разные представители физического труда, и немало ухаживающего персонала в пансионах Лейзена. Лучшая няня Роллье когда-то была такой «безнадежной» больной. Среди них и человек, которому сам Роллье предлагал ампутировать ногу, которой он теперь владеет наравне с другой.

Для иллюстрации той метаморфозы, которая получается в общем состоянии больных, в их внешнем облике и психике, Роллье показал мне карточку больной, из скелета (туберкулез легких, брюшины и мезентериальных желез и множественный костный туберкулез) превратившейся в жизнерадостную красавицу.

Вот папка с рентгенограммами туберкулезных кокситов. Лишь в виде редкого исключения не удалось достигнуть подвижного сустава, в большинстве случаев восстанавливалась полностью функция сустава, в некоторых получилось полное анатомическое восстановление головки бедра. С большим интересом Роллье делится своим наблюдением, что после резекции тазобедренного сустава солнце дает анкилоз, а при анкилозирующем туберкулезном процессе в нем - подвижный сустав. Голеностопный и кистевой суставы во всех без исключения случаях дали излечение. С особым удовлетворением Роллье демонстрирует снимки волчаночных больных, которые также все излечены одним общим солнечным освещением. Одним из лучших достижений солнцелечения он считает излечение тяжелого железистого туберкулеза и множественных поражений.

В первый обход мы осмотрели 4 санатория со 120 койками для детей и девушек. Палаты в них представляют придаток обширных веранд. Обстановка простая, дешевая. Солнечные ванны делают только утром, продолжительность их против прежнего времени ограничена и не превышает 3 часов. Дети на воздухе днем и ночью, зимой при хорошей погоде весь день.

Веселость и здоровье царит здесь. Вид детей прямо таки завидный. Немногие вновь поступившие представляют яркий контраст против основной массы. Среди них обращает на себя внимание восковидная фигура физически и умственно отсталого ребенка — англичанина, которому особую дряхлость придает еще его беззубость.

Узнаю интересную вещь, что беззубость это - результат странной склонности английских врачей широко удалять зубы по поводу будто ревматических их заболеваний.

Среди этой цветущей щебечущей «публики» масса множественных поражений, двухсторонних кокситов, распространенных поражений позвоночника (одновременно, напр., 4 очага); одновременное поражение грудины типа spina ventosa, ряда других костей и желез; много бывших тяжелых фистулезных. Случай множественного поражения суставов типа Poncet. Эту форму Роллье считает исключительно редкой и особенно трудно поддающейся лечению.

Из всех этих 120 больных оперативному лечению подвергалась одна лишь девочка по поводу туберкулеза почки (удаление). Теперь у ней больна другая почка.

Случаи полового туберкулеза также все без исключения с неизменным полным успехом лечатся консервативно.

Отношение к натечным абцессам Роллье проводит также последовательно консервативное; пунктируются они очень редко, лишь при грозящем прободении, и тогда показания к этому пособию считаются экстренными. Свое отрицательное отношение к пунктированию Роллье основывает гл. обр. на том соображении, что на выработку новых порций туберкулезного «гноя» организм тратит много сил, что ведет к их снижению. Одновременно он теряет ряд содержащихся в туберкулезном экссудате защитных веществ. В большинстве случаев абсцессы исчезают без всяких пункций, благодаря постепенному рассасыванию и обызвествлению, в доказательство чего им показан ряд рентгенограмм. Впрыскивание иодоформенной эмульсии делается также редко и в количестве не более 1,0. Основной недостаток всех химических веществ-в их отрицательном влиянии на функцию обезвреживания туберкулезных токсинов.

Одним из важных лечебных факторов в санаториях Роллье является диэта. Обильное введение жиров Роллье считает вредным, мясо он устраняет из пищи всех случаях, где не встречает сопротивления больных. Много зелени и фруктов. Бессольную диэту Зауэрбрух - Германсдорфа Роллье не применяет, находит ее лишенной каких-либо преимуществ.

Гипс, как общеизвестно, Роллье в виде глухой повязки не употребляет, применяются только гипсовые шины. После ряда ортопедических клиник Германии и туберкулезных палат некоторых хирургических клиник и больниц, где сооружаются целые гипсовые гробницы вокруг туберкулезных больных, в обстановке «легкой ортопедии» отдыхает глаз. Основные приспособления для укладывания конечностей, для вытяжений и т. д. отличаются простотой и дешевизной: деревянные наклонные плоскости, жестяные шины на подвижных деревянных рамах, подушечки наполненные просом (во время войны овсом), всем теперь известные манжетки для вытяжения - вот часть того простого большей частью самодельного арсенала ортопедических принадлежностей, которые уже давно введены Роллье и которые он продолжает упрощать и совершенствовать. Для вытяжения в продольном и поперечном направлении к кроватям приспособлены небольшие рамы с перемещающимся блоком. Самое вытяжение попеременно манжетами и липким пластырем. При конской стопе особая шинка с широкой подошвой, натягиваемой кверху пружиной. Для вытяжения при туберкулезном коксите во избежание дисторсии коленного сустава никогда теперь не применяется вытяжение и за бедро и за голень, а только за бедро. Груз максимум 6-7 кило.

Не могу не поделиться еще некоторыми клиническими наблюдениями и мыслями Роллье, на которых он ставил особое ударение при ознакомлении меня с больными. Прекрасно излечиваются множественные поражения, при чем фистулезные с вторичной инфекцией не составляют исключения. Объяснение этому особенно благоприятному течению множественных поражений он видит в получающемся разжижении выделяющихся токсинов и в облегченной благодаря этому выработке со стороны организма антитоксинов. Особенно упорные фистулы в некоторых случаях уступают капельным орошениям физиологическим раствором. Интересен случай множественных стеркоральных фистул на почве туберкулеза брюшины-кишечника (8 фистул) в котором весь кал уходил в фистулы, per anum долгое время ничего не выделялось. Больная была излечена гелиотерапией через несколько месяцев. Анкилозы при солнцелечении получаются в виде исключения гл. обр. пригоните и caries sicca плеча. Против анкилоза при последнем поражении Роллье употребляет ночную шину с градуированным, постепенно увеличивающимся отведением.

В мужском отделении я видел между прочим, такой случай множественного поражения: лобную кость, грудино-ключичное сочленение, акромион, лопатка и еще одна из трубчатых костей. Течение было исключительно благоприятное. Неблагоприятный объект лечения - множественное поражение суставов типа Рoncet: при покое обязателен анкилоз, при движении неминуемы обострения с температурными реакциями.

Операция Albee при спондилитах совершенно отвергается. Хорошие результаты Роллье видел лишь тогда, когда пластинка рассасывалась, в противном случае она по его мнению препятствует образованию естественной костной спайки. Для лечения спондилитов исключительное значение имеет рентгеновский контроль. При активном процессе больных нужно держать на спине, с началом обратного его развития, при уменьшении болезненности и появлении признаков кальцинации больные переворачиваются на живот и начинается забота о развитии того естественного мышечного корсета, который у Роллье заменяет всякие искусственные корсеты из кожи, гипса и пр. О них он исключительно плохого мнения. Все спондилитики уходят от Роллье без всяких поддерживающих аппаратов, но зато та упругая мышечная масса, которая вырабатывается систематическим упражнением мышц спины в действительности представляет собой идеальный мощный корсет и им нельзя не любоваться на поправляющихся спондилитиках. Настоящие спортсменские спины. Холодные абсцессы при туберкулезных спондилитах по наблюдениям Роллье почти никогда не отсутствуют, в частности при поражении грудного отдела, но тут они чаще всего не крайней мере, открываются без рентгена, по не пунктируются, но зато прекрасно заживают, обстоятельство, явившееся для Роллье исходным для аргументации за воздержание от пункции.

Для контроля активности процесса и для прогностики в ряде клиник и специально костно-туберкулезных учреждений как немецких, так и наших, применяются широко реакция осаждения красных кровяных шариков (у Шмидена, напр.) и картина белой крови (Корнев). Эти методы у Роллье не имеют практического применения, да и теоретического признания их особой важности.

Помимо солнцелечения туберкулезных поражений Роллье достигает сравнительно благоприятных результатов также при хронических остеомиэлитах. Излечение их солнцем удается в большинстве случаев, но часто оно бывает нестойким, рецидивы не редкость. Остеомиэлиты он или оперирует и потом лечит солнцем, или консервативное лечение проводится от начала до конца.

С рядом вспомогательных учреждений Роллье мне, к сожалению, за недостатком времени не пришлось познакомиться, не видел я в частности его рентгеновского кабинета и помещений для лечения искусственным светом. От Роллье знаю, что рентгеновская аппаратура у него еще сравнительно старая, тем не менее хорошими рентгеновскими снимками Роллье и его ассистенты меня довели до изрядного утомления, Так как больные лежат по долгу (средний срок пребывания их во всяком случае много больше года), то у каждого имеется ряд снимков. Зато мой интерес к патолого-анатомическим препаратам не мог быть удовлетворен, ибо смертность ничтожна.

Роллье не энтузиаст и не тоном увлечения и без тени самодовольства и тщеславия он знакомит гостя с достигнутыми им создавшими эпоху в лечении хирургического туберкулеза успехами солнцелечения, но он глубоко предан своей идее, он верит в солнце непоколебимо, он бесконечно доверяет ему благо своих больных, к которым он относится с солнечно-ясною совестью и теплотой, но вместе с тем его спокойный и неутомимый ум ищет все новых, дополняющих солнечную энергию факторов и вот вторая могучая сила, в благодеятельность влияния которой на больного он верит так же, как в солнечный луч - это труд. Роллье уже некоторое время не расстается с идеей о постройке санатория-фабрики. Идею эту он собирался осуществить еще в 1928 г., надеюсь это ему удалось. Он поделился своим проектом о постройке специального санатория на 100 коек, в котором все было бы приспособлено для планомерного производительного труда, имея в виду развить работу по точной механике- производству часов, измерительных приборов и т. д. На этот свой опыт он смотрит как на начало революционного воздействия на весь строй санаторной (и госпитальной) жизни, в которой труд в той или иной, приспособленной к состоянию больных, форме должен стать неотделимой частью. И теперь уже больные Роллье в пансионах занимаются трудом, и в 1927 г., напр., изделий больных продано на 10.000 франков, что для многих неимущих означало значительную материальную поддержку; но отныне лечение и труд по идее Роллье должны быть неразрывно связаны в плодотворной системе.

Не могу не верить вместе с Роллье, что ему удастся провести свою идею в жизнь в широком масштабе и заразить и врачей, и живые общественные силы ряда стран, и что в революционирующем воздействии планомерно организованного внутрисанаторного труда на психику и через нее на лечение больных разочарований быть не может,

Пусть полное признание и практический успех этой идеи будут возможно скорее обеспечены в государстве труда в Советском Союзе.