О посещении некоторых хирургических клиник и научных медицинских центров США

Член-корреспондент АМН СССР проф. А. Н. Филатов

Вестник хирургии имени И.И Грекова 1957

Во время поездки советской делегации на VI Международный конгресс гематологов и на VI конгресс Международного общества по переливанию крови мы имели возможность познакомиться с рядом хирургических клиник Америки. После окончания конгрессов нас пригласили посетить ряд научных и лечебных учреждений в Филадельфии, Вашингтоне, Нью-Йорке. Всюду советские делегаты были окружены большой заботой. Особенное внимание нам оказали президент конгресса гематологов проф. В. Дамешек (Dameshek), президент конгресса по переливанию крови проф. Равдин (J. Ravdin) и секретарь Международного общества трансфузионистов д-р М. Слоон (M. Sloon).

Два члена советской делегации — я и доцент В. М. Орленко - больше всего интересовались постановкой хирургического дела в амери-канских госпиталях (больницах). Мы не только осматривали хирургические отделения и операционные, но и присутствовали на многих операциях, произведенных известными американскими хирургами.

В первой части настоящего сообщения будут представлены наши впечатления о хирургических учреждениях, которые мы посетили, и об операциях, которые мы видели. Во второй части мы расскажем о наиболее крупных научных центрах и медицинских институтах США и о некоторых фармакологических фирмах, выпускающих лечебные и диагностические препараты.

Хирургические клиники и госпитали США Deaconess Hospital, Babtist Hospital в Бостоне.

Хирургические отделения этих двух госпиталей работают под общим руководством известного бостонского хирурга R. Cattell. В операционных этих госпиталей вывешиваются расписания на операции, производимые в обоих хирургических отделениях. Начало операции - 8 часов утра, последняя операция планируется на 13 часов. В день нашего посещения производилось 16 операций. В Бабтистном госпитале оперировал сам шеф, в Диаконез-госпитале д-р Marschall. Устройство и оборудование операционных в этих госпиталях мало отличается от таковых в СССР. Все операционные маленькие, на один стол. По окончании операции в одной операционной хирург переходит в другую. Предоперационные комнаты, где начинается наркоз, расположены по другую сторону коридора. Наркозные аппараты позволяют пользоваться разными видами газового наркоза. Они имеют манометры для определения кровяного давления обычным манжеточным способом (Рива-Роччи, Коротков).

Главный анестезиолог госпиталя д-р Ebersobe любезно рассказал нам о методах анестезии, применяемых при различных хирургических операциях. Он имеет большой штат врачей, обучающихся анестезиологии, и четко ими руководит. Чаще всего в госпитале применяется эфирно-кислородный наркоз; врачи-анестезиологи блестяще владеют интратрахеальным наркозом. Как базис-наркоз используется пентотал. Запись всех данных во время операции производится на специальном бланке – протоколе, где делаются лишь краткие отметки (да, нет) и проставляются цифры (пульс, кровяное давление и т. д.). Местная анестезия как в этом госпитале, так и во всех других госпиталях США нигде не применяется. Спинномозговая анестезия в комбинации с пентоталом и эфиром производится довольно часто. Нередко пользуются дробной спинномозговой анестезией. Нам была продемонстрирована такая анестезия у 86-летней тяжелой больной, подвергавшейся операции по поводу желчнокаменной болезни. Для спинномозговой пункции пользуются короткими тонкими иглами. Прокол кожи и связок производится более толстым проводником - иглой, имеющей прорезь на всем протяжении. Пункционная игла вводится в проводнике, и ею прокалывается твердая мозговая оболочка. Как только показывается спинномозговая жидкость проводник удаляется; извлечение его не представляет трудности благодаря имеющейся в нем прорези.

Через различные промежутки времени, в зависимости от хода операции, в спинномозговой канал вводились дробные дозы анестетика (американский препарат типа прокаина). Результат анестезии был превосходный. Резкое падение кровяного давления предупреждалось применением эфедрина и других подобных средств. В настоящее время широко пользуются неосинефрином (новым вазоконстрикторным средством). Д-р Ebersobe подчеркнул, что спинномозговая анестезия применяется не столько для обезболивания, а с целью релаксации мышц и получения гипотензии. Выбор метода анестезии, профилактика и борьба с осложнениями при наркозе, а также проведение всех противошоковых мероприятий входит в обязанность анестезиолога. Хирург совсем не касается вопросов анестезии и выполняет только свою техническую сторону операции.

Первая операция, которую мы видели в этом госпитале, была обычная холецистэктомия. Д-р Cattell оперировал при 4 помощниках и 2 операционных сестрах. Отодвигание печени и кишок осуществлялось с помощью полужестких металлических крючков. Они не позволяют применять чрезмерное давление на органы, так как при большом усилии разгибаются. Такие крючки несомненно меньше повреждают органы, чем обычные жесткие крючки. Выделение желчного пузыря производилось начиная от его шейки. Ложе пузыря на печени тщательно было ушито кетгутовыми швами. Рентгенограмма этого больного, вывешенная в операционной, не показывала наличия камней в пузыре, а между тем при операции они были обнаружены.

Вторая операция дуоденохоледохостомия при наличии стриктуры протока вблизи фатерова сосочка. Обнаружен расширенный общий желчный проток, Зондирование через проток и ретроградно из рассеченной двенадцатиперстной кишки не дало эффекта. Наложен анастомоз, обеспечивший хорошую эвакуацию желчи; пузырь заметно уменьшился в размерах. Д-р Cattell сказал, что в его практике стриктуры протока встречаются нередко.

Третья операция была предпринята по поводу подозреваемого рака желчного пузыря. На операции обнаружен сморщенный пузырь с воспалительными изменениями стенок.

Четвертая операция сделана женщине с резкой желтухой и с температурой тела, за последнее время доходившей до 40°. Перед операцией был поставлен диагноз рака головки поджелудочной железы со сдавлением общего желчного протока. При операции подтвердилось, что проток сдавлен «опухолью» размером с грецкий орех, расположенной в области головки поджелудочной железы. Холедохотомия и зондирование протоков не помогли выяснить характер препятствия. Зонд провести в двенадцатиперстную кишку не удалось: он упирался в довольно рыхлую массу, что как будто подтверждало диагноз рака протока. Зондирование протока изнутри после рассечения стенки двенадцатиперстной кишки также было безуспешно. Тогда хирург рассек скальпелем фатеров сосочек и стенку холедоха со стороны кишки и установил, что проток был непроходим из-за наличия в нем камня, окруженного грануляциями и сгустившейся желчью. После удаления камня в проток вставлен резиновый Т-образный катетер и один конец его проведен в двенадцатиперстную кишку. Затем изнутри, со стороны двенадцатиперстной кишки, рассеченный проток ушит вокруг катетера. Разрез двенадцатиперстной кишки зашит очень тщательно двухэтажным швом.